Лев Толстой о животном соблазне насилия (философский комментарий к сочинению «В чем моя вера?»)

Читать  и перечитывать  Толстого в начале 21 века  − это не только интеллектуальное удовольствие, а своего рода оздоровительное и целительное занятие для нашего разума, подчас растерянного в смутном времени.

Растерянный разум очень слаб перед многочисленными «соблазнами», «ловушками», которые захватывают человека и превращают в орудие, в средство их удовлетворения, и в итоге − в зависимое, несвободное существо.

Толстой хочет донести до читателей своё главное открытие, которое он обрёл с помощью учения Христа: «истина делает человека свободным». Он с радостью признаётся: «и я почувствовал себя совершенно свободным»[1]. Эта христианская мысль Толстого, действительно, освобождает, но, к сожалению, понять и принять её могут пока немногие. Большинство наших современников, как и прежде, не готовы к такому перевороту в способе мышления.

− Разве человек может быть свободен? − спрашивают люди. − Мы же зависим от всего на свете…

Вместе с Христом и Кантом, Толстой отвечает, что для животного состояния человека нет никакой свободы, а для разума она не только возможна, но и необходима, ведь именно в понимании свободы открывается свет истины, который и делает человека свободным.

В учении Христа Толстой открывает всеобщие истины для единого человеческого разума. Он мыслит как философский космополит, и тем самым стирает границы между всеми людьми и народами, и предлагает мыслить человечество как одну большую разумную семью.

Но животная природа, говорит мыслитель, сильно укоренена во многих людях, сила привычки вновь и вновь порождает прежние «ловушки» сознания, и прежде всего, соблазн насилия и вражды.

− Как же жить  без войны? − говорят люди, и тут же добавляют, − война − это большое зло, не дай Бог нам новой войны.

− А разве не люди начинают войны? − спрашивает Толстой. − Разве Бог приказывает им убивать других людей? Это решение зависит от самих людей, но многие не хотят в этом признаться, может быть потому что они бояться, и им удобнее быть несвободными.

Толстой обнаруживает страшный обман, очень коварную ловушку, которая превращает человека в орудие зла, и парализует  собственную разумность человека. Он говорит, что разум ( в лице Христа) учит людей не делать глупостей.  И приводит ряд прагматических аргументов:

  • «…не сердись, не считай никакого ниже себя, − это глупо. Будешь сердиться, обижать людей, − тебе же будет хуже»[2].
  • «…за зло не плати злом, а то зло вернётся на тебя ещё злее, чем прежде…».
  • «Если ты будешь считать других людей врагами, то и они будут считать тебя врагом − тебе же хуже будет».

 

По словам Толстого, соблазн насилия и вражды является страшным обманом, который искушает человека мнимым благом, а на самом деле является губительным для подлинного блага человека. Так, он пишет: «Христос показал мне, что первый соблазн, губящий моё благо, есть моя вражда с людьми, мой гнев на них»[3]. Во враждебном противоборстве с другими людьми, мы признаём их ничтожными, недостойными, глупыми, и делаем из них своих непримиримых врагов.

Отказаться от этого заблуждения можно с помощью новой, освобождающей мысли: благо моё связано не только с благом моего народа, но и с благом всех  людей мира. А это значит, что от патриотизма разумный человек должен и теоретически, и практически идти к космополитизму, к всеобщему благу. А движение к всеобщему благу предполагает отказ от насилия и войны, а в начале  − от самодовольного патриотизма.

[1] Толстой Л. Н. В чем моя вера // Закон насилия и закон любви: О пути, об истине, о жизни. − М., 2004. —  С. 311.

[2] Там же. — С. 277.

[3] Там же. — С. 304.

4 комментария по вопросу "Лев Толстой о животном соблазне насилия (философский комментарий к сочинению «В чем моя вера?»)"

  1. @UMNIK пишет:

    Полный абзац. Если что-то мешает природе осуществлять свою экспансию во Вселенной, то значит это убирается эволюционным отбором.Если война, как явление природы процветает, то значит она очень нужна природе. И это таки так. Война является основным ускорителем нашего исторического прогресса. Другого такого эффективного ускорителя нет. Появится более гуманная альтернатива прекратятся войны.Но и здесь природа пошла своим путём. Когда война стала угрожать существованию человечества включились примитивные механизмы регуляции, которые блокируют возможность начала всеобщей уничтожающей войны. Всё очень просто. Толстой конечно наше всё.Но это не мешало ему нести всякую религиозную ахинею.

  2. @Otval пишет:

    Опять Вы торопитесь с выводами

  3. @UMNIK пишет:

    Это не я тороплюсь. Это наука торопится.Это всё не я выдумал. Я это в книжках и статьях вычитал.

  4. @Otval пишет:

    До Толстого мы только начинаем дорастать

Добавить комментарий