Толерантность в прицеле философской рефлексии

Статья опубликована в книге: Мясников А.Г. «…из Пензы в Москву и обратно…»: современная философская публицистика. (монография)// Пенза:   изд-во ПГПУ, 2012. − С. 214-229.

 

 

Современное российское общество переживает важный и сложный период своей трансформации − переход к постиндустриальному, буржуазно-демократическому обществу. Этот переход сопровождается болезненной ломкой прежних устоев и общественных норм, а потому перед каждым  самостоятельным человеком возникает задача выработать эффективную модель поведения в нестабильном (переходном) обществе.

В условиях конкурентного сообщества оказываются допустимыми самые разные модели поведения и образы жизни. Начиная с 90-х годов, одной из преобладающих моделей является агрессивность. В советское время её называли наглость. В то время была распространена поговорка «наглость − второе счастье». Быть наглыми решались далеко не многие люди, так как это было нарушением общих моральных устоев, которое публично осуждалось и наказывалось. Но вместе со сломом советской системы стали разрушаться и традиционные нормы морали, нравственности.

Агрессивность может быть эффективным средством достижения жизненных целей именно в условиях социальной неопределённости и отсутствия чётких правовых отношений. Особенно в период массового передела государственной собственности агрессивность часто была стратегией самоутверждения и получения материального превосходства.

Стабилизация общественного развития и само «взросление» российского общества приводят к необходимости обуздания агрессии, преодоления её с помощью комплекса мер − социально-экономических, политико-правовых и культурно-воспитательных. В противовес агрессивности может быть предложена модель толерантного поведения.

По своей сути это модель личного морально-правового поведения, соответствующая экономическим условиям современного постиндустриального, мультикультурного общества. Эта модель поведения является важной частью так называемой «культуры мегаполиса», которая в последние десятилетия приобретает глобальное значение.

«Культура мегаполиса» предполагает толерантность прежде всего как взаимоуважение, как обоюдное отношение разных лиц, имеющих разные убеждения, верования и привычки. Это не безразличная (индеферентная) терпимость к иному образу жизни и образу мышления, а предпосылка для возможного диалога, открытость для познания других людей и сотрудничества с ними.  Толерантность предполагает активную жизненную позицию, которая проявляется в защите собственных прав и свобод, в отстаивании собственного достоинства, и в то же время в допустимости иного образа жизни, иных ценностей и убеждений, не нарушающих правопорядок и  законные интересы других граждан.

 

 Основания взаимоуважения или толерантных отношений

 в современном российском обществе

 

Мне хотелось бы представить три основания толерантных отношений, которые вместе создают мировоззренческую систему для формирования культуры толерантности в российском обществе.

 1) Прагматическое основание;

2) Моральное;

3) Логическое

Когда мы начинаем размышлять об основаниях взаимоуважения или толерантных отношений в  современном обществе, необходимо учитывать иерархию самих общественных отношений, которая определяет поведение большинства сограждан. Современное обществознание однозначно признаёт доминирующую роль экономических отношений в жизни любого общества, будь-то рабовладельческое или постиндустриальное. Именно экономические интересы и потребности играют решающую роль в жизнедеятельности большинства людей, в том числе и россиян. При этом экономический базис общества, включающий в себя  систему производства и распределения материальных благ, нуждается в государственно-правовом закреплении и регулировании. Как это отражается на формировании взаимоуважительных отношений?

Для примера возьмём современный спорт: баскетбольные, футбольные или хоккейные клубы, в которых много иностранных, приглашённых («купленных») игроков и тренеров. Российских и иностранных игроков объединяет в одну команду прежде всего материальный интерес − все они хотят заработать и как можно больше, при этом каждый связан с клубом через контракт, т.е. юридические обязательства, которые он должен неукоснительно соблюдать. Таким образом, общее дело, которое связывает спортсменов разных национальностей, верований и рас, основанное на прагматическом материальном интересе, порождает признание значимости каждого игрока и формирует уважение к его лицу и достоинству.

Первым основанием толерантности мы будем считать прагматическое основание − которое включает в себя прежде всего экономико-правовую заинтересованность людей в общем деле. Прагматическое основание выражает требования здравого смысла, здорового рассудка, ориентированного на пользу, личную или коллективную, в конечном счёте, на некий идеал благоразумия и счастливой жизни. (Например, народная поговорка: «не плюй в колодец, самому придётся из него напиться»).

Несмотря на свою фундаментальность, это основание не является единственным и самодостаточным, также как «не хлебом единым жив человек».

Второе основание – моральное  включает в себя целый комплекс знаний,  отношений, ценностей, убеждений и верований, которые охватывают сферу нравственного, духовного сознания, а также социо-культурные установки, выработанные многими поколениями и передаваемые через язык, нравы, ритуальные формы поведения.

Социо-культурные условия поведения россиян активно исследуются обществоведами в последние десятилетия, в период радикальной трансформации, реформирования советского общества. Многие исследователи отмечают, что советское общество было в большой степени этнически толерантным. Национальные вопросы уходили на второй план, т.к. перед всем обществом ставилась задача сформировать наднациональную общность − советский народ. При этом в отношении нетипичных, своеобразных, инакомыслящих людей власть и общество были очень нетерпимыми. Поэтому мы можем говорить о господстве традиционной родовой культуры в советском обществе, а тем более в дореволюционной России.

Уважение к лицу в традиционном родовом обществе зависело от «силы», могущества этого лица. «Боится, значит, уважает» − вот известная основная формула традиционного уважения. Страх перед возможным или реальным насилием порождает именно внешнее (одностороннее) псевдо-уважение, мотивирует реальное поведение человека, и в том числе, выполняет определённую регулятивную функцию в жизни социума.

Современные демократические общества основаны на понятии  общечеловеческой морали, которая выражается в  требованиях общечеловеческого разума, признающего самоценность каждого субъекта-лица. (Так, например, я не могу унизиться до такого состояния, чтобы плевать в колодец, исходя из внутреннего понятия о личном достоинстве). Поэтому в демократическом обществе осуществляется и моральная и правовая защита собственной чести и достоинства.

Третье − логическое основание предполагает признание всеобщего человеческого разума, с его естественными законами, формами и нормами, от которых зависит познание истины.

Великий философ Иммануил Кант может быть признан одним из первых мыслителей, кто обосновал необходимость разделения знаний и убеждений. Чтобы достичь этого разделения, необходима трудная и длительная методологическая работа. Сам Кант на протяжении своей жизни постоянно уточнял и совершенствовал свой понятийный аппарат и методы исследования. Кроме того, он выработал общие правила поведения учёного мужа и просто разумного человека, который хочет что-либо действительно познать. Их вполне можно считать правилами толерантного поведения.

Первое правило представляет собой требование быть  сдержанным и осторожным к мнениям других людей. Разумному человеку следует избегать всякого ненужного острия критики и не разрушать фундамент совместной работы с помощью «кусающей» полемики. Нельзя получить истину, если всегда спорить, если всегда сталкиваться с другими. Гораздо важнее найти во мнении другого человека что-то достоверное, полезное (то самое рациональное зерно) и добавить к нему недостающие знания. Критика не должна уничтожать другое мнение, а должна помогать восполнить возможные пробелы незнания  или предубеждения.

Второе правило предполагает допускать общую интеллектуальную способность людей понимать друг друга, благодаря чему мы можем найти  в любом мнении момент истины. При этом Кант допускает, что разные мнения могут дополнять друг друга только в случае беспартийного-беспристрастного стремления к истине. Это особенно важно для научных исследований и жизни научного сообщества. Чтобы преодолеть узость  и предрассудки собственного мышления разумный человек должен отказаться от собственной неограниченной монополии на истину.  Отказ от абсолютной монополии на истину (отказ от безаппеляционного догматизма и фанатизма) − это важнейшее условие формирования толерантного сознания. При этом возможна другая крайность −  опасность оказаться в плену скептицизма  и полного релятивизма, неверия ни кому и ни во что…. Если не признавать общечеловеческую разумность.

Третье правило учит вставать на точку зрения другого человека, ставить себя на место другого, чтобы расширить собственный способ мышления.  Допуская иную точку зрения, мы соизмеряем её со своей собственной  и  затем пробуем найти компромиссный, наиболее полный  вариант. Кант пишет в письме Марку Герцу: «Я всегда надеюсь на то, что беспристрастно рассматривая свои суждения с позиций других мыслителей, я найду некое третье, лучшее, чем мое первоначальное решение вопроса» [1].

И четвёртое правило утверждает готовность самостоятельного, разумного человека всякий раз признавать свои заблуждения. Это правило является очень трудным для исполнения, так как нужно совершить большое усилие, чтобы признать, а тем более публично, свои ошибки и заблуждения. Чем выше стоит человек в социальной иерархии, тем труднее это сделать, тем самым уменьшить своё самомнение и авторитет. Признание собственных ошибок является свидетельством высокой культуры и порядочности человека. Это правило является поистине пробным камнем для любого учёного. Ведь не случайно в современной науке становится общепринятым «принцип фальсифицируемости знаний», т.е. их принципиальной открытости к критике в условиях постоянного роста знания [2].

Подводя итог этому краткому рассмотрению оснований толерантности, хочется обратить внимание на их взаимодополнительный характер, который, собственно, и позволяет формировать современную «культуру толерантности или взаимоуважительности». Именно на этот смысл нацелена Декларация принципов толерантности, принятая ЮНЕСКО в 1995 году.

Культура толерантности есть культура гражданского демократического общества, в котором высшей ценностью является конкретная личность (персона) со всеми её особенностями, отличиями и своеобразием, и вместе с тем с её правами и обязанностями перед обществом и государством.

При этом очевидно, что любые декларации задают идеальные нормативы и образцы человеческих взаимоотношений и часто оказываются далёкими от реальных моральных практик и господствующих нравов. Но стремление к идеалу является внутренней неотъемлемой потребностью любого разумного существа.

 

 Противоречия и границы толерантного сознания в условиях современной российской модернизации

 

 Мне как философу интересно  разобраться в следующих вопросах:

  1. Является ли толерантность панацеей от всех современных социальных бед?
  2. Каковы противоречия и границы толерантного сознания? Или до какой степени нужно терпеть других людей, которые тебе не нравятся?
  3. Каким образом формирование толерантного сознания может повлиять на модернизацию российского общества?

Начать хотел бы с известного обращения президента России Анатолия Медведева под названием «Россия, вперёд!» (сентябрь 2009 г). В этой статье представлена общая программа модернизации нашей страны и показаны основные трудности или «социальные недуги», которые следует преодолеть в ходе обновления и развития российского общества. К этим недугам президент относит: во-первых, −  многовековую экономическую отсталость и сырьевую зависимость, во-вторых, коррупцию на всех уровнях власти и,  в-третьих, преобладание патерналистских настроений, коллективной безответственности и социальной пассивности населения страны.

Для нашей темы наибольший интерес имеет третий «социальный недуг», который является существенным препятствием нынешнего модернизационного проекта.

Патернализм означает зависимость сознания и поведения человека от воли и авторитета других людей, например, родителей, учителей, различного рода наставников, а как следствие − это отсутствие самостоятельности и личной ответственности в жизненных решениях. За тебя всё продумают, решат и скажут, что нужно делать, как жить. А если что-то не получится, то ты не будешь виноват, потому что исполнял волю свыше, не свою. Следствием патернализма является иждивенчество, экономическая и политическая пассивность: «там, на верху, всё знают, а мы люди маленькие, проживём как-нибудь не заметно».

Противоположностью патернализма будет индивидуализм. А мы знаем, что индивидуализм как ценность и образ жизни сложился в буржузно-демократическом, западном обществе, которое является ориентиром для российской модернизации.

Индивидуализм основан на том, что человек хочет «делать себя», достигать шаг за шагом  личных успехов, активно выражать свою гражданскую позицию, в которой видит свой личный материальный интерес и моральную ценность.

Индивидуализм (включая частные интересы каждой индивидуальности) порождает конкуренцию во всех сферах жизни. Конкуренция как честное соперничество по определённым правилам является важнейшим условием совершенствования и развития всех человеческих способностей и задатков. Так как только сравниваясь с наибольшим количеством людей можно оценить свои силы, умения и знания,  а через такое сравнение идёт взаимообогащение. Именно для этого проводятся международные научные конференции, политические и экономические встречи, творческие конкурсы и различные спортивные соревнования. Их цель − выявить лучшее, оценить самых лучших и показать образцы, на которые следует ориентироваться. Без этих сравнений не будет личного и общественного  роста, не будет развития.

В открытой конкурентной среде человеку приходится встречаться с самыми разными людьми, отличающимися  от него своим поведением, чертами лица и цветом кожи, иными убеждениями и ценностями, религиозными верованиями и привычками. Другие люди могут нам не нравиться, могут быть не по нраву, но они тоже претендуют на известные блага, они тоже стремятся  к успеху и лидерству, они тоже хотят быть лучшими и жить лучше. И в такой конкурентной среде неизбежно  возникает потребность в терпимости к другим или толерантности.

И вот тут обнаруживается основное противоречие толерантного сознанияэто противоречие между принципиальной открытостью толерантного сознания ко всему иному и сохранением собственной индивидуальности, независимости и самобытности.

Как совместить принципиальную открытость ко всему другому или готовность допускать иные ценности и образ жизни с сохранением собственной индивидуальности и независимости? Например, как не превратиться в простое подражание всему иностранному или не стать дешёвым плагиатом, и в то же время не замкнуться в собственной самодостаточности и самобытности и не погрузиться в самолюбование (нарциссизм)? Это противоречие прежде всего является серьёзным испытанием для тех современных отечественных историков, обществоведов и государственных деятелей, которые видят себя хранителями национальных традиций, обычаев, верований и традиционной культуры в целом.

Мне пришлось лично убедиться в актуальности этого противоречия год назад. После того, как прошла первая областная конференция по толерантности, меня пригласили на исторический факультет нашего педагогического университета для участия в конференции по национальной безопасности. Я делал пленарный доклад именно по современным проблемам толерантности, рассказал о том, как прошла первая конференция, и предложил своё видение понятия толерантности не просто как терпимости ко всему другому, а прежде всего как формально-правового уважения друг к другу.

Представьте себе, что многие студенты, аспиранты и преподаватели, участвовавшие в этой конференции, в своих вопросах и репликах выразили явное неприятие самого слова «толерантность». Дескать, слово иностранное, чужое, а потому оно нам не нужно, а то и  вредно для россиян. 40 минут мне пришлось отвечать на вопросы и различные реплики. Несмотря на то, что я  показал неоднозначность этого понятия, его возможные разные применения, например, различие между негативной и  позитивной толерантностью, это вызывало ещё большее возмущение у присутствующих коммунистов и национал-патриотов. Меня поразила само нежелание вдуматься в смысл понятия «толерантность» и догматическая самоуверенность в том, что с точки зрения классовой морали и традиционного «оборонного» сознания  «толерантность» нам вредна.

Этот реальный пример наглядно показывает, что даже в высокообразованной, университетской среде сохраняются убеждения в не возможности и не нужности общечеловеческих ценностей и, в частности принципа «толерантности». Причина этого предубеждения мне видится в упрощённом и ошибочном понимании толерантности как терпимости ко всему. Такая толерантность будет действительно негативной; она коренится в исходном медико-биологическом значении латинского слова «толерантный» − так назывался организм с ослабленными защитными функциями, который мог либо быстрее приспособиться к изменчивым условиям среды, либо погибнуть под разрушительным действием той же среды. Поэтому наши историки интуитивно «почуяли» возможную скрытую опасность этого социального явления, и акцентировали внимание на негативном смысле толерантности.

Чтобы попытаться выйти  из этого противоречия нужно  выяснить  границу применения принципа толерантности, которая позволяет человеку и обществу в целом сохранить свою индивидуальность, самобытность и независимость. Я предлагаю рассмотреть 2 основных пограничных критерия толерантности − прагматический и морально-правовой.

С точки зрения прагматизма терпеть или допускать влияние другого  образа жизни можно до тех пор, пока нам это выгодно и  полезно. Например, привлечение в страну иностранной рабочей силы полезно до тех пор, пока гастарбайтеры официально зарегистрированы, пока соблюдают российские законы и не обостряют криминальную ситуацию в стране. Также и в областях образования и культуры: активные взаимодействия, контакты и заимствования полезны и необходимы только при добровольном взаимообогащении. А если одна сторона пытается навязать другой свои ценности и образцы поведения, то это будет формой насилия, а значит, требует самозащиты и прекращения действия принципа толерантности.

Теперь рассмотрим морально-правовой критерий. С точки зрения морали и права проявлять терпимость к мировоззрению и поведению других людей можно до тех пор, пока не унижены твои честь и достоинство и не нарушены права. При  проявлении явного не уважения обычно  выражают своё неудовольствие, возмущение, пытаются выяснить причины не уважительного отношения, и, в крайнем случае, прекращают общение. Если я не могу больше терпеть оскорбления и унижения в свой адрес, значит должен оказать противодействие, защитить себя собственными силами или силами других людей, в том числе и с помощью правоохранительных органов. Иначе это унижение чести и достоинства ведёт к ослаблению жизненных сил и потере интереса к собственной жизни.

При этом нужно учитывать субъективно-личностный характер морального достоинства человека. Ведь общество не однородно, и люди подчас по-разному оценивают: что считать оскорблением, что считать хамством и унижением? И в этих случаях на помощь приходит позитивное право, которое призвано защищать личность от возможных посягательств.

Современное понимание достоинства личности основано на внутреннем самоуважении, самооценке человеком собственной личности, и поэтому может существенно отличаться от мнений и оценок других людей. Своё человеческое достоинство прежде всего определяю я сам.  Такое понимание достоинства появляется лишь в эпоху Просвещения и начинает постепенно вытеснять традиционную родовую и религиозную трактовку, согласно которой достоинство человека зависит от материального состояния, происхождения, чина, и  оценивается обществом или богом, т.е. другими людьми, властью или церковнослужителями. Традиционное российское сознание сводит достоинство лица к его чести, т.е. к внешней общественной оценке.  А значит, пытается подчинить его традиционным авторитетам и ценностям, не все из которых понятны и внутренне принимаются человеком.

До сих пор в российском обществе идёт идейная борьба между традиционным и субъективно-личностным пониманием человеческого достоинства. Наше реформирующееся общественное сознание ещё не определилось с приоритетом, поэтому сосуществуют  противоположные точки зрения. Ярким примером может служить недавняя идейная полемика известных российских деятелей культуры, кинорежиссёров и при этом родных братьев − Андрея Кончаловского и Никиты Михалкова. Михалков как типичный консерватор-традиционалист, а Кончаловский − либеральный демократ публично не могут договориться о сущности человеческого достоинства.

Таким образом, второй пограничный критерий толерантности (морально-правовой) находится в стадии формирования, и поэтому граница толерантности остаётся  подвижной и  не определённой.

И теперь мы подходим к завершающему вопросу нашей темы:

Каким образом формирование толерантного сознания может повлиять на модернизацию российского общества?

Чтобы ответить на этот вопрос, вернёмся  к упомянутой статье  Президента Анатолия Медведева «Россия, вперёд!» [3]. По поводу роли традиций в процессе модернизации Президент ясно высказался: «Для меня традиции − это только неоспоримые ценности, которые надо беречь. Это межнациональный и межконфессиональный мир, воинская доблесть, верность долгу, гостеприимство и доброта, свойственные нашему народу».

Как видим, первой ценностью является «мир» − межнациональный и межконфессоинальный, который предполагает именно толерантные-взаимоуважительные отношения. И далее президент заявил, что у России есть шанс развиваться по демократическому пути ненасильственными методами.

Но захотят ли граждане России добровольно следовать по этому пути? Это зависит от того, будет ли у нас личный или коллективный интерес к модернизации? Что мы от неё получим?

На сегодняшний день поставленные вопросы остаются актуальными.

В такой непростой исторической ситуации российские учёные должны говорить о позитивном содержании принципа толерантности, которое основывается на взаимоуважительных отношениях разумных существ друг к другу. Именно обоюдность этих отношений, на мой взгляд, гарантирует свободу каждого и защиту личных и общественных интересов. По моему мнению, мы можем использовать русское, ёмкое и положительное слово «взаимоуважение» в качестве полноценного синонима европейского понятия «толерантность».

Взаимоуважение − основное морально-правовое понятие, которое является ориентиром для человеческих взаимоотношений в условиях современного общества.

Современное общество должно меняться, совершенствоваться, но для этого гражданам  великой страны нужно понимать смысл происходящего и соизмерять свои частные интересы с проектами будущего развития страны. Только при согласии и поддержке большинства граждан возможна позитивная реализация подобных проектов. В иных случаях мы будем иметь дело с различными имитациями, пустыми обещаниями и страшным разочарованием. В России век сказок подходит к концу, начинается время рациональных решений и реальной демократии.

В заключении мы можем вполне основательно ответить на первый поставленный вопрос: является ли толерантность панацеей от всех  современных социальных бед? Нет, не является, так как она представляет собой один из способов смягчения реальных противоречий  в современной общественной жизни, а именно  − способ ненасильственного решения возможных конфликтов и разногласий. При этом толерантность не устраняет причины этих конфликтов и противоречий.

 

 

Список литературы.

  1. Кант И. Письмо Марку Герцу // Сочинения в 8 т. Т.8., М., 1994.

С. 484.

  1. См.: Hinske N. Kant als Herausforderung der Gegenwart. Freiburg,
  2. S. 58-62.
  3. Медведев Д. Россия, вперёд! //

http://www.gazeta.ru/comments/2009/09/10_a_3258568.shtml

 

2010 г.

 

 

 

Комментарии по вопросу "Толерантность в прицеле философской рефлексии"

  • Оставьте первый комментарий по данному вопросу

Добавить комментарий